Голоса из Германии: изгнание, чтобы продолжать сообщать правду
Берлин.- Три часа ночи. Звонит телефон. Моя мать, 72 лет, одна в своей квартире. Она отвечает. Голос со скрытого номера говорит: «Мы знаем твой адрес. Мы разрежем тебя на куски». Через несколько дней силовики вызывают моего брата для задержания. Моей сестре говорят, что она потеряет работу.
Это рассказывает независимая журналистка Матаб Колизаде, родом из Ирана, одна из журналисток, живущих в изгнании в Германии. Она была задержана в 2021 году Корпусом стражей исламской революции Ирана и приговорена к трём годам тюрьмы. Ей запретили заниматься журналистикой, пользоваться социальными сетями, участвовать в публичных собраниях и вести какую-либо общественную жизнь — так говорится в её судебном приговоре.
Она и другие журналисты в изгнании из России, Вьетнама, Азербайджана, Беларуси, Венесуэлы и Мексики приняли участие в парламентском завтраке, организованном фондом taz Panterstiftung, который занимается поддержкой журналистов через различные программы, чтобы они могли продолжать свою работу, совместно с Jinn — берлинским центром, посвящённым медиа в изгнании.
Цель встречи: обсудить с депутатами Бундестага и представителями федеральных министерств, почему в условиях транснациональных репрессий и роста авторитарных режимов сегодня особенно важно финансировать СМИ, которые вынуждены работать из изгнания, помогать журналистам восстанавливаться после травматичного опыта и не прекращать работу. Кроме того, участники призвали обеспечить сотрудничество в борьбе с транснациональными репрессиями и продолжение федеральных инициатив, таких как инициатива имени Ханны Арендт, реализуемая Deutsche Welle, или программы вроде «Восточного партнёрства и России».
Ярким примером транснациональных репрессий является случай Ле Чунг Хоа, который уже почти десять лет находится под полицейской защитой в Германии. Ле, главный редактор вьетнамского издания thoibao.de — с более чем 20 миллионами просмотров в месяц, освещающего политику и экономику Вьетнама, а также глобальные темы, например войну в Украине — рассказал об угрозах, которым подвергается, несмотря на 20 лет жизни в изгнании.
«В Вьетнаме все СМИ подвергаются государственной цензуре. Сначала я добровольно подчинялся этой цензуре. С 2017 года я перестал это делать, и с тех пор у меня начались проблемы. Я получаю угрозы убийством. В моём офисе в Берлине меня посещают вьетнамцы, предлагающие деньги за то, чтобы я перестал писать об их родственниках, занимающих высокие политические должности во Вьетнаме. Как правило, я не соглашаюсь, что в некоторых случаях приводит к угрозам. Вьетнамское посольство в Берлине делает всё возможное, чтобы изолировать меня внутри вьетнамской общины», — рассказал он.
Он сообщил, что в 2024 году неизвестные проникли в его машину, ничего не украв, а мужчина азиатской внешности фотографировал его дом ночью. С 2018 года он находится под полицейской охраной, теперь — круглосуточно. В 2025 году Народный суд Ханоя заочно приговорил его к 17 годам тюрьмы. «Моё преступление — журналистика».
Затем выступила Катерина Абрамова, руководитель отдела коммуникаций «Медузы» — крупнейшего независимого русскоязычного новостного издания в мире, которое продолжает работать из Берлина, несмотря на цензуру. Она рассказала, что ей и её коллегам пришлось покинуть Россию, чтобы избежать тюрьмы и цензуры. С 2014 года издание работало из Риги, однако настоящее изгнание началось в 2022 году, после полномасштабного вторжения России в Украину, когда их деятельность была полностью признана незаконной Кремлём: «Работать на «Медузу», поддерживать нас донатами или даже просто делиться нашими материалами теперь является преступлением по российскому законодательству».
К 2026 году давление усилилось: против сооснователей и журналистов «Медузы» открыто шесть уголовных дел, приговоры выносятся заочно. «Наш сайт и инфраструктура находятся под постоянными DDoS-атаками. Кроме того, Кремль решил полностью взять интернет под контроль. Теперь под удар попадают все, а не только независимые голоса. Отключения связи, «белые списки» и блокировка платформ стали повседневной рутиной для людей внутри России».
Джемма Терес Арийя, директор фонда taz Panter, подчеркнула важность программ финансирования и стипендий для журналистов, находящихся в опасности, таких как Rest&Resilience, и отметила сохраняющиеся сложности с получением визы, приведя в пример белорусов в изгнании, которые не могут продлить свои паспорта за границей.
Сергей Медведев, основатель Jinn, отметил ключевую роль редакций в изгнании, которые часто являются единственным альтернативным источником информации для людей в их родных странах. Он описал критическую ситуацию редакций и независимых журналистов в изгнании после прекращения американского финансирования, сокращения крупной программы финансирования в Великобритании и урезания немецких программ поддержки.
Лейла Мустафаева (Азербайджан) и Вания Пигеонутт (Мексика) рассказали о случаях насилия, запугивания и убийств журналистов. Габриэла Рамирес (Венесуэла) предупредила, что защита журналистов, находящихся в опасности, не должна зависеть от смены правительства. В качестве примера она привела сирийских журналистов, которые потеряли свой защитный статус после падения режима Асада, хотя ни Сирия, ни Венесуэла сегодня не стали более безопасными для прессы.
Мероприятие было организовано совместно с депутатами Бундестага Адисом Ахметовичем и Нэнси Фезер (СДПГ). Также присутствовал Хольгер Манн (СДПГ), который попросил присутствующих журналистов представить конкретные случаи того, как Google, Meta и другие платформы блокируют их контент, одновременно предоставляя свою инфраструктуру для манипулирования информацией, и предложил поднимать эти случаи через политические каналы.
Томас Вайхерт (Федеральное министерство внутренних дел) объяснил, что упрощённая процедура выдачи гуманитарных виз остаётся политическим вопросом, требующим нового решения федерального правительства. Клаудия Габриэле Шмитц (Министерство иностранных дел) представила инициативу имени Ханны Арендт, которая поддерживает журналистов, находящихся в опасности, через прямую помощь и медиацентры в соседних странах. Алексис Белов добавил, что дополнительная поддержка предоставляется через программу «Восточное партнёрство и Россия».
